Последнее интервью Александра Барыкина за три дня до смерти

Последнее интервью в своей жизни Александр Барыкин дал за три дня до смерти в одной из кофеен в Москве.

 
– Что-то закажете?

– Только если чай. Зеленый.

– Слышал, вы уже много лет не употребляете спиртные напитки…

– Да, давно покончил с этим. Стараюсь держать себя в форме, работы много, нужно много сил. Со здоровьем сейчас вроде все нормально.

– А щитовидная железа, на которой у вас была операция?

– С ней вообще все отлично! Врач, который некоторое время назад делал мне УЗИ, сказал, что если бы не знал, то никогда бы не догадался, что мне вообще делали операцию!

– Чем сейчас заняты, какие новые проекты готовите?

– Недавно мы с Леной Лениной записали альбом, а группой выпустили DVD с нашим концертом – там шикарная съемка. Сейчас готовим огромный концерт, презентацию нового проекта. К тому же, "Карнавалу" в этом году 30 лет. Мы, правда, теперь музыку жесткую играем, но мне это очень нравится. Тяжелый рок! (Александр показывает на свою футболку "Hard-Rock Cafe London" – прим. автора). Концерт этот проведем в Ростове, на крыше большого торгового центра. Там красиво, площадка большая – на тысячу человек.

– Почему в Ростове, а не в Москве?

– Дешевле. Организовать такой концерт, да еще на большой площадке в Москве не так просто. Да и в Ростове полно профессионалов – молодое поколение многое умеет. Все будет серьезно: съемка кранами, все дела. Потом предложим какому-нибудь каналу. В ночной эфир кто откажется поставить такой концерт?

– Не обидно, что теперь приходится рассчитывать на ночной эфир?

– Да кому надо, тот посмотрит! У нас поклонников немало, залы-то собираем. На гастроли зовут постоянно, на этой недели тоже уезжаем выступать. Ночной эфир или не ночной – не так важно. Моя музыка популярна и сейчас. А раньше, даже в те времена, когда нас запрещали, мы стадионы собирали.

– В этом году 25 лет с момента катастрофы на Чернобыльской АЭС. В 1986-м, когда случилась катастрофа, вы осмелились съездить туда с концертом. Не планируете в этом году отправиться туда же в честь этой даты?

– Думаю, что нет. К тому же, почти всех, перед кем я тогда выступал, не осталось в живых. А может и вообще никого. Мы пели перед 50-ю пожарными, которые работали на реакторе. Я знаю, что уже спустя два года после концерта в живых осталось только четыре человека. Тогда мне об этом рассказывать нельзя было, а сейчас – никаких проблем.

– А если бы сейчас, памятуя о вашем поступке, позвали бы с концертом в Японию в зону катастрофы, согласились бы?

– Наверное, нет. Уже не готов настолько рисковать, как это делал тогда. Сейчас на мне больше ответственности перед родными и близкими. А вообще, я смотрю на то, что происходит в Японии, и не верю, что это просто так. Не верю, что Всевышний не видит этого. Людям нужно как следует задуматься, почему с нами такое случается… А что происходит вместо этого? В те дни, когда нужно всем объединиться и помочь той же Японии, разжигается война! Посмотрите на то, что происходит в Ливии! Какого черта туда полезли с бомбежками другие страны? Я эти нации понять никак не могу.

– В феврале вам исполнилось 59 лет. Многие музыканты, у которых за плечами успешная карьера заканчивают с гастролями, новыми проектами, далеко от дома не уезжают. Откуда в вас столько энергии?

– Понимаешь, я не ощущаю свои годы. Я занимаюсь любимым делом и получаю от этого огромное удовольствие. Я человек православный, верю во Всевышнего. Верю в то, что он есть и бережет меня. Может и тогда, когда мы были в Чернобыле, а вернулись здоровыми – он нам помог. Потому сейчас я и прошу у него одного – здоровья...

Михаил Вальтфогель

Тэги: Лена Ленина, Александр Барыкин, Александр Барыкин умер, похороны Александра Барыкина, жена Александра Барыкина, семья Александра Барыкина, Александр Солдаткин, Александр Барыкин пройдут Троекуровское кладбище